Санкт-Петербург

ОБЗОРЫ И ИНТЕРВЬЮ

Два принца и оркестр

 
 
© Семен Оксенгендлер (фото предоставлено пресс-службой)

В театре “Современник” очередная премьера — спектакль “Не покидай свою планету”, заявленный в афише как сценическая фантазия на тему “Маленького принца” Антуана де Сент-Экзюпери. В постановке заняты только два актера — Константин Хабенский и Артур Смольянинов, но на сцене они не встречаются.

Дело в том, что каждый играет свой спектакль, причем сразу две роли: Летчика и Маленького принца. А кроме актеров, в постановке принимают участие камерный ансамбль “Солисты Москвы” и Юрий Башмет.

— Вопрос в связи с премьерой: вы считаете, что романтизм все еще актуален и интересен зрителю?

Константин Хабенский: Смотря что вы называете романтизмом. В этом произведении человек умирает от жажды и одиночества в пустыне. И в это время делает выводы из прошедшей жизни, размышляет о том, как он обращался с друзьями, женщинами... Романтизм... Это вы, наверное, о сказке говорите? Мы с режиссером Виктором Крамером и дирижером Юрием Абрамовичем Башметом долго разбирали этот материал и в конце концов пришли к тому, что не рассматриваем “Маленького принца” как “сказочку”. Это осознание и подведение итогов, “сбрасывание” в какой-то момент ненужных и ложных ценностей и того, что нам казалось правильным. Это попытка поразмышлять над тем, что происходит с человеком в конкретной ситуации, когда он оказался в отрыве от всего — от мира, от социальных сетей, от прямого человеческого общения, от какой-либо цивилизации и даже от жизненно важных вещей: воды, еды. Можно, конечно, сказать, что герой путешествует по сказочным мирам, но эти миры, по сути, и есть та жизнь, которую он прожил.

— И к чему он приходит?

К. Х.: Он умирает, чтобы жить дальше. Ведь само название — “Не покидай свою планету” — как раз о том, что человек все время норовит искать. Чтобы найти что-то, ему не свойственное.

— Артур, с чего для вас началось участие в этом спектакле?

Артур Смольянинов: Костя позвонил мне и сказал: есть такая задумка, а давай вместе? Уже позже это превратилось в проект “Представляем друзей” театра “Современник”. Но изначально это Костина история.

— О чем она?

А. С.: Она про одиночество и поиски себя. Это, может быть, звучит слишком просто и банально, но если относиться к поиску не как к лозунгу, а как к процессу — становится интереснее. Произведение Сент-Экзюпери лишь взято за основу, и, мне кажется, от первоначального сюжета здесь мало что осталось. Получилось, что в спектакле “Не покидай свою планету” как будто высвечены немного другие углы, подняты другие темы. Здесь совсем не про дружбу и не про то, какими стали люди. Это диалог с собой. Ты на самом деле один, и очень многое происходит в твоей голове. Как с этим быть, как найти нужный ритм и гармонию? Мне очень интересно об этом порассуждать.

— Выходит, чтобы сыграть в этом спектакле, тема одиночества должна у вас лично найти отклик?

А. С.: Ничего не должно, не обязано быть. Нет никаких установок. У Кости — да, много личного в этом спектакле, в этой роли. Это и понятно, это его порыв, его импульс, его идея. Для меня это вызов. Я берусь за роль только тогда, когда чувствую ее, когда вижу в ней смысл и возможность для поиска. Даже если герой, которого я играю, — мой антипод по всем параметрам, я все равно берусь, потому что это и есть цель творчества. Пастернак писал: “Цель творчества — самоотдача, а не шумиха, не успех”. Я бы добавил, что это поиск, диалог, созидание. И конечно, поиск не ради поиска, мы все сделаем для себя какой-то вывод. Возможно, я его еще не сделал. Он у меня впереди.

— Похоже, этот спектакль совсем не для детей?

К. Х.: Я не буду так категоричен. Дети сейчас продвинутые, порой дадут фору любому взрослому. Да и приобщать детей к музыке — хорошей, яркой, философской музыке — можно и нужно. Вы ведь понимаете, что и само произведение не детское. Современники Сент-Экзюпери всегда говорили, что никакого отношения к детской литературе то, что написал этот человек, не имеет. Но, как и в кино, в книжном деле “продюсеры” правят бал. И в силу того, что детская литература легче продавалась, книгу вывели в этот жанр. И понеслось. До сегодняшнего дня.

Любое произведение можно подогнать под клише того или иного жанра и на протяжении десятилетий пичкать народонаселение вырванными из контекста фразами. Например, “мы в ответе за тех, кого приручили” можно толковать как призыв к ответственности за тех, кто тебе доверяет. А также: надо ли вообще кого-то приручать? И еще есть варианты. У нас в спектакле немного по-другому.

А. С.: Знаете, я недавно перечитывал “Маленького принца”. Он ведь довольно популярен в благотворительной среде, по понятным причинам. Это вроде бы история про волшебного ребенка. Он умер, но не умер. Он ушел. Это книга о красоте, бессмертии души, наверное. Детская ли она? Как любая хорошая литература, она многослойна, объемна. А в чем-то, может быть, даже универсальна и общедоступна. Доступна тому, кто ищет. Если этот кто-то ребенок — почему бы и нет? Ведь тут можно начать рассуждать, а есть ли среди нас взрослые.

— Константин, идея спектакля принадлежит вам и Юрию Башмету. Как она родилась и что, на ваш взгляд, в итоге получилось?

К. Х.: Идея у нас витала достаточно долго. Но ее обрамление и воплощение — внешнее и внутреннее — произошло с приходом Виктора Крамера. Он определил основной вектор, сформировал как режиссер то высказывание, которое мы хотели транслировать. А дальше мы просто начали фантазировать — и с литературным, и с музыкальным материалом. Готовили “точечный удар”, рассказ человека, умирающего в пустыне. В сценографию я не лез, это режиссерская территория. Сценография, кстати, не только красива и идеально сочетается с музыкой, но и очень точна по смыслу.

— Спектакль можно считать экспериментом?

А. С.: Это определенно своего рода эксперимент, в этом тоже есть для меня интерес. Когда мне прислали синопсис, я увидел, что Виктор Крамер сделал все очень профессионально, очень необычно. Много техники, при этом не хай-тек ради хай-тека — все обоснованно и тонко. Но главное — с самого начала возникла уверенность, что задумка будет воплощена. Потому что часто бывает так: возникает идея, хороший замысел, но в силу разных обстоятельств не доходит до сцены. Здесь я сразу увидел, что дойдет и превратится в классную современную постановку.

— Так это, по-вашему, современный театр? Он вам близок?

А. С.: Чего я точно не люблю — так это клише и обобщений. Современный театр — тот, который здесь и сейчас, в этой точке времени и пространства. Я консерватор, считаю, что в поиске формы ради формы много умозрительного и неестественного. Совсем уж современный, как вы говорите, театр — немного не моя история. Но пусть растут любые цветы. Главное — во всем должен быть смысл.

Вот, к примеру, интересный ход: в спектакле “Не покидай свою планету” большую роль играет оркестр. Я бы сказал, играет непрерывно! Такой отвлекающий маневр. (Улыбается.) А если серьезно, музыка здесь очень важна. Это два действующих организма: актер и музыка. Они тоже в диалоге: либо в конфронтации, либо в резонансе, по-разному. Малер, кстати, мой любимый композитор. И с самого начала меня очень порадовало то, что “Адажиетто” из Пятой симфонии, которое является лейтмотивом спектакля, — моя любимая, очень красивая вещь. Но ее исключительность еще и в том, что у Малера вообще больше нет лирической музыки!

— Повесть Сент-Экзюпери построена на диалогах рассказчика (Летчика) и Принца. У вас все иначе. Это моноспектакль?

К. Х.: Это сложно назвать моноспектаклем. В нем участвует оркестр. То есть, помимо прямых своих обязанностей — исполнять музыку, оркестр занят в постановке, исполнители участвуют в ней именно как актеры, пусть их мизансцены и не так часто меняются. И дирижер участвует. Но все равно выходит монолог. Точнее, диалог с самим собой. Или триалог, кто его знает. Общение с залом, интерактив, тоже есть. Такой вот и моно-, и не моноспектакль.

— Вы встречались на репетициях?

К. Х.: “Не покидай свою планету” — часть проекта “Представляем друзей”, а я — друг “Современника” и многих актеров, которые служат в этом театре, как и Артур. Мы репетировали вместе, точнее, в одно и то же время в одном и том же месте. Спектакль невозможно репетировать вдвоем. Один работает, другой смотрит, потом меняемся. Советуем друг другу, ведь со стороны все понятнее. Ну и когда что-то сделано “в точку” и тебе это близко, не грех и своровать.Все равно будет иначе. Да, музыка та же, текст на 95 % такой же. И все же, скорее всего, это будут два совершенно разных по интонации спектакля.

А. С.: Два состава в подобных спектаклях — явление нечастое. Что ж, будем новаторами. Конечно, каждый из нас будет вести разговор на свою тему. Мы об этом никогда не говорили, но есть такие вещи, о которых не надо говорить, чтобы их понять. Как сказано у Экзюпери, слова только мешают понимать друг друга.

Беседовала Александра Кононенко

“САКВОЯЖ СВ — САПСАН”, №05 (66)

Популярные события

  • Выставки
  • Концерты
  • Спектакли
  • Фестивали
Выходные в городе

Свежий номер
Where St.Petersburg

октябрь 2018



Лучшие заведения по версии Where

Новости

 
 
Первый гастробар на Большой Морской
 
 
Фотоделикатесы
 
 
Новое меню в ресторане “Белка”
 
 
“Экспрессионизм в русском искусстве”
 
 
Обновленное меню в ресторане Shana

© 2016, ООО «Рекламотив»
БАЗА ДАННЫХ САЙТА И ВСЕХ ЕГО ПОДДОМЕНОВ ЯВЛЯЕТСЯ ИНТЕЛЛЕКТУАЛЬНОЙ СОБСТВЕННОСТЬЮ ООО «РЕКЛАМОТИВ» И ОХРАНЯЕТСЯ ЗАКОНОМ.
САЙТ МОЖЕТ СОДЕРЖАТЬ КОНТЕНТ, НЕ ПРЕДНАЗНАЧЕННЫЙ ДЛЯ ЛИЦ МЛАДШЕ 16 ЛЕТ (16+).