ТЕАТР АБСУРДА

В Петербурге по-прежнему закрыты большинство крупных торговых центров, не могут полноценно работать почти все заведения общепита.

Ощущение, будто власти города объявили войну коммерческим девелоперам и рестораторам, и сегодня идет планомерное истребление жизненно важных отраслей экономики. Последние сводки с театра боевых действий: согласно исследованиям WHERETOEAT, более половины петербургских ресторанов, кафе и баров лишены возможности принимать посетителей, а почти четверть –– полностью закрыты. Столь же печальная картина в торговле: “Галерея”, “ЛЕТО”, “Международный”, “Атмосфера”, “Балтийский”, “Варшавский экспресс”, “Меркурий”, “Балкания-Нова”, “Европолис”, “Охта Молл” и многие другие ТЦ на замке уже три с половиной месяца — с конца марта.

Чем измерить потери в этом сражении? Миллиардами рублей упущенной прибыли, сотнями грядущих банкротств или десятками тысяч безработных? Без дела сидят высококвалифицированные повара и сомелье, известные всей стране, хостес и официанты, кассиры и продавцы, чьи имена незнакомы широкой публике. Кризис ударил по всем. Люди устали. Терпение на пределе. “Мы хотим работать сегодня!” — плакаты с таким ультиматумом всё чаще появляются в окнах закрытых ресторанов и магазинов Петербурга.

Не добившись внятного ответа от Смольного, который продолжает играть в молчанку либо отделывается формальными отписками, рестораторы еще в июне отправили открытое письмо президенту Путину с просьбой о помощи. В июле с аналогичным обращением к главе государства выступили владельцы крупных торговых центров Петербурга. Бизнесмены сетовали на отсутствие у городских властей хоть какой-либо внятной программы снятия ограничений в их отраслях.

Такие дорожные карты еще в апреле — мае разработали во всех регионах России, чтобы поэтапно отменять карантинные меры. Смольный же продолжает импровизировать и переводить стрелки на главного санитарного врача города. Дескать, Наталья Башкетова не велит открывать рестораны и ТРЦ. При этом никто не говорит пострадавшим, когда именно они смогут возобновить работу и при каких конкретно условиях. Якобы для снятия карантина должно быть свободно не менее половины коечного фонда в больницах города. Но разве это не прямая обязанность Смольного — создать необходимый резерв? Почему этого не сделали до сих пор? У всех перед глазами примеры Москвы, Крыма, курортов Краснодарского края, где рестораны, бары, кафе и магазины работают с полной нагрузкой.

Чем и перед кем провинились петербургские рестораторы и торговые центры? Предписания Роспотребнадзора хорошо известны, и все торговые точки и предприятия общепита Петербурга готовы их соблюдать. Строго говоря, пребывание в ресторане, кафе или магазине, выполняющих эти правила, намного безопаснее, нежели поездка в общественном транспорте. К слову, в транспорте, несмотря на формальные рекомендации, ни “социальная дистанция”, ни другие меры защиты от распространения коронавируса фактически не соблюдаются. Особенно, в часы пик. И Смольный смотрит на это сквозь пальцы.

Подобная нелогичность и непоследовательность петербургских чиновников вызывает недоумение и возмущение у тех, чья работа уже который месяц находится под запретом. Люди хотят трудиться полноценно и легально, а не в стилистике времен “сухого закона” в США. Происходящее напоминает саботаж. Неужели городской казне не нужны налоги?

Очевидно одно: у любой истории есть финал. Устав ждать, просить и терпеть, бизнесмены сделают выбор между ужасным концом и ужасом без конца. Возможно, решение людей, которые в силу рода деятельности не боятся брать ответственность на себя, не понравится Смольному. Но в тот момент его мнение перестанет быть кому-либо интересным.