300 лет петербургских дворов

Отношение к участку рядом с домом менялось много раз — он был и садом, и двором-колодцем, и утилитарным проходом между зданиями, а в наше время становится комфортной средой для отдыха…

Регулярный город

© A.Savin / WikiCommons
Участком на Фонтанке владели пять поколений Шереметевых. В 1712 году он был пригородом

С самого начала своей истории Петербург начал ломать сложившиеся архитектурные правила. В начале XVIII века важнейшей частью планировки знатной усадьбы был парадный двор-курдонер, который выходил на линию улицы. Главное здание имения перемещалось в глубину участка и часто скрывалось за регулярным парком. По таким правилам строились парижские дворцы, и их старались повторить по всей Европе. Знатный русский дом делали не так — он отгораживался от улицы высоким забором, чтобы незваный гость не мог даже посмотреть, что происходит внутри.

Новая столица России сразу строилась целыми кварталами, и Петр предписал возводить по красной линии улиц исключительно фасады домов. Сад, двор и все остальное прятались за ними, а французские изыски использовали только для загородных усадеб — например, по берегам Фонтанки.

Плотные ряды домов фасадами на улицу — основной принцип петербургской застройки на протяжении полутора веков

К 60-летию города власти объявили конкурс на планировку Петербурга, итоги которого подвели еще через два года. В итоговом документе Комиссия о Санкт-Петербургском строении требует, чтобы “все домы в одной улице состоящие одной сплошною фасадою и вышиной построены были”. Правда, за этим классическим обликом улиц, который сохранился до сих пор, скрывались не только надворные постройки, но и приусадебные участки — места в городе пока хватало.

Доходный двор

Дворы-колодцы стали городской достопримечательностью, а не признаком бюджетного жилья

В середине XIX века население города начинает стремительно расти, и хозяева участков в центре города понимают, что намного выгоднее построить на месте капустного поля многоэтажные дома. Если участок большой — они строились друг за другом и соединялись арочными проходами. Так появились дворы-колодцы и проходные дворы. “Колодец” замкнут зданиями с четырех сторон, а если из двора можно попасть к следующему зданию или на улицу — это проходной.

Конечно, ни о какой романтике и будущих экскурсиях по адресам знаменитостей речь тогда не шла. Все просто и максимально выгодно для владельца. Двор — не для прогулок и любования архитектурными изысками, а исключительно для пользы. Здесь складировали дрова и мусор, строили сараи, кладовые и выгребные ямы домовой канализации. Большим его делать нельзя — гораздо важнее метры жилой площади, которые можно выгодно сдать.

Жильцы, большая часть из которых совсем недавно были деревенскими жителями, к таким условиям относились с пониманием: город должен быть каменным, а деревья и трава пусть останутся в прошлом. Так зелень в центре Петербурга осталась только в дворцовых ансамблях.

Двор для всех

© Alexander Zamaraev / AdobeStock
Советская эпоха полностью изменила понятия о дворе: теперь это бескрайнее зеленое пространство
 

Новое время — новые архитектурные правила. Советские строители стремились сделать город-сад для всех его жителей, и дворы становятся полем для таких экспериментов. Никаких ворот, никаких замков — дома выстраиваются вдоль улиц, а внутри — открытое пространство с кустами и деревьями. Во дворы перемещаются школы, детские сады, спортивные площадки. Первый образец такого подхода — квартал в районе Нарвской заставы, нынешняя Тракторная улица, которая застраивалась в 1925—1927 годах.

Сталинская архитектура и массовая советская застройка полностью отказываются от исторических принципов сплошной застройки и размывает само понятие двора — он становится просто местом между домами. Да, здесь ставят детские площадки, но ограничений уже совсем нет, двор занимает все место между улицами, становится внутриквартальным пространством.

Общий двор без границ был хорош до тех пор, пока большая часть жителей передвигалась пешком и на общественном транспорте. Первые мысли о том, как делить пространство между людьми и частными машинами, появились у советских архитекторов еще в 1970-х. В московском районе Северное Чертаново собирались построить экспериментальный комплекс, где у транспорта не будет доступа к тем местам, где обычно гуляют люди. Тогда посчитали, что этот проект будет слишком дорогим и не очень нужным — кому мешает пара машин во дворе?

© Skaniai / AdobeStock
Благоустройство двора в советское время было далеко не главной задачей строителей

Зато через пару десятков лет, когда автомобили начали стремительно заполнять все свободное пространство, было уже слишком поздно: нет ни инфраструктуры, ни возможности что-то поменять. Дворы превратились в склады металлолома, и чтобы дойти до детской площадки, нужно преодолеть полосу препятствий из запаркованных машин, а начинающие водители быстро учатся маневрировать задним ходом в узких проездах и моментально осваивают параллельную парковку.

Второй круг

Двор для людей или для машин? Один из самых острых вопросов нового времени

Делать дворы вновь комфортными можно по-разному. Проще всего закрыть его от посторонних шлагбаумом. Но для этого нужно общее решение всех собственников, потом — оформление документов и неизбежный найм еще нескольких охранников, которые будут следить, чтобы этот шлагбаум не унесли. Потому в многоквартирных домах такое решение принимают чаще всего или сразу при заселении, или никогда.

Следующий этап эволюции — устроить “двор без машин”. А для этого нужен отдельный паркинг — под домом или совсем недалеко. Во двор могут заезжать только автомобили специальных служб или для погрузочно-разгрузочных работ. До недавнего времени такая опция была явным признаком элитного жилья и начала мигрировать из бизнес-класса в массовую застройку всего лет 5 назад.

Преимуществ у закрытого двора много: на первом месте не стоянки, а детские и спортивные площадки, газоны, дорожки и другие места для комфортного отдыха. Ребенка можно без опаски выпустить погулять во двор: чужие сюда не попадают. И еще один момент из области психологии: если каждый знает, что это “его” двор, то и будет относиться к нему совсем не так, как к “общественному”. В закрытых дворах очень редко увидишь сломанные скамейки и разбитые бутылки. И дело здесь не только в видеонаблюдении…

Для архитекторов новых жилых комплексов двор становится такой же важной частью проекта, как квартиры и инженерные коммуникации. Он планируется совсем не так, как это было принято еще несколько лет назад. Пешеходная среда более дружелюбна к людям — здесь не нужны решетки, заборы и бордюры, а значит, в ней будет намного комфортнее и детям, и пожилым. Плюс к этому — никаких парковочных войн за место у парадной и жалоб на случайно поцарапанные машины.

Концепция “двор без машин” увеличивает его полезную площадь. В стандартном квартале в центре находятся качели и тренажеры, потом — дорога, газоны и сам дом. При этом площадь асфальта — около 20 % от двора. Расстояние между домами регламентируется строительными нормами, так что корпуса ближе друг к другу не поставить, зато сам двор без проезжей части будет намного больше. Сюда поместится не только стандартная игровая площадка, а еще беседки, мангалы — все, о чем договорятся жильцы.

Двор рядом с набережной

Комплекс ЦДС “Черная речка” — это целый жилой район вблизи исторического центра города. Главная идея концепции проекта — приватность и защищенность. В каждом из девяти корпусов есть собственный двор, но при этом все дома связаны единой проездной аллеей.

Для хозяев — подземные паркинги, для гостей — парковочные места, но все это не будет мешать единой концепции благоустройства — с променадом, амфитеатром, разноуровневым освещением, теневыми навесами, воркаут-площадками и Wi-Fi во дворах. В комплексе строится школа и детский сад с бассейном, первые этажи отведены под коммерческие помещения: магазины, банки, фитнес, так что до всего необходимого можно будет дойти пешком всего за несколько минут.


Иван Носов, директор по маркетингу и рекламе Группы ЦДС:

— Внутренняя территория, дворы, проезды, благоустройство в прошлом решались по остаточному принципу, сейчас все изменилось. Наравне с фасадом — это неотъемлемая часть продукта. И на этом история не заканчивается. Все намного глубже. Сейчас “двор” находится в одном ассоциативном поле с такими понятиями как детство, друзья, защищенность, хобби, увлечение и удовольствие. Теперь, когда мы думаем о концепции благоустройства, смотрим через эту призму, и все выстраивается так, как оно и должно быть. Это не зависит от класса проекта. Хотя очевидно, что в квартале бизнес-класса мы используем более дорогие материалы и оборудование, но общая философия места всегда остается неизменной.